Память

Дед и тетя, погибшие в Мстиславле.Прошло более 75 лет с того памятного «сорок первого», который оставил глубокий и скорбный след в нашей памяти и нашей истории. Война началась настолько неожиданно, а наша армия оказалась такой неподготовленной, что уже в первые дни была захвачена значительная часть территории Белоруссии, а 28 июня пал Минск. Наступление немцев в значительной степени было сдержано благодаря героическим действиям частей Красной Армии на Днепровском рубеже в районе Могилёва.
Однако, большинство воинских частей, принявших на себя удар немецкой армии в первые месяцы войны, были разгромлены и частично пленены. Так случилось и со 110-й дивизией, сыгравшей важную роль в могилёвской обороне и затем отступавшей из окружения через мстиславльские земли. Вместе с другими частями она оказала упорное сопротивление немецким войскам, но была окружена, рассечена на несколько частей и под командованием командира дивизии Хлебцева В.А. 13 июля начала выход из окружения на Мстиславль, Кричев.

Лата узника Минского гетто.Экспонаты рассказывают.

Было это начало 1930-х. Мирра Левина решила стать агрономом. Она учится в Горках в сельскохозяйственной академии. Однако завершить учёбу ей не удалось. Молодость, безответная любовь и скоропалительное решение… Мирра уехала из Горок.
Она работала пионервожатой. Её воспитанники ещё долго, в послевоенные годы, с ней переписывались, и даже в 70-е к ней приходили её бывшие пионеры. Министр строительства Белоруссии, у которого она позднее работала, был одним из её пионеров.

Семён ЛельчукДетство, юность, родное местечко в Полесье, родители поэта.

Поэт Семён Абрамович (Шимен Авраам-Лейб) Лельчук родился 15 сентября 1918 года в местечке Калинковичи, что на Полесье, в  еврейской семье.
Отец будущего поэта Авраам-Лейб Лельчук работал секретарём Калинковичского городского совета, а потом главным бухгалтером школы животноводов. В детстве Авраам-Лейб закончил хедер, прекрасно знал древнееврейский язык. Он не был религиозным евреем, но в семье всегда соблюдались традиции.
Дедушка Семёна почти наизусть знал всю Тору.

ГородокУ кого-то нет ностальгии по родным местам, даже если они живут далеко-далеко. Но это, по их утверждениям. Я в это мало верю.
Хожу по знакомым улицам Городка каждый день, и у меня есть ностальгия по ушедшему.
Вот напротив городской бани стоят дома – еврейские дома, где уже давно евреи не живут, а ведь здесь жили Копл и Махалея Донские, рядом – Циля Щербаковская с мужем, подруга моей бабушки; чуть дальше – Сорэ ди Гробе (Шалыт) с Абрамом Маганиным, потерявшим всю свою семью во время войны, но он помог выжить Сорэ и её семье в нелегкие послевоенные годы – из этой семьи мой лучший друг Борис Лившиц.

Кладбище в Дрибине.Архитектурных памятников 19 века и старше в Беларуси, разрушенной войнами и борцами за «советский облик городов», сохранилось немного. Ещё меньше памятников, связанных с еврейской историей: считанные синагоги, миквы, жилые дома или общественные здания. Правда, к счастью, хоть и частично, но  уцелели некоторые кладбища со старинными надгробиями и склепами.   
Древние кладбища – это места исторической памяти с исключительной атмосферой, мощным эмоциональным и эстетическим воздействием; источники исторической, генеалогической и социологической информации. Резные каменные надгробия являются яркими произведениями изобразительного искусства, а эпитафии на них – памятниками литературы.