(фрагмент документально-исторической повести)

Местечко Юховичи – затерянное в Витебской области родовое гнездо моего отца Ефима Зиновьевича Лиснянского.
Там жила семья до переезда в Полоцк в начале 1920-х, туда детей отправляли на лето к бабушкам Сифре Лиснянской и Нихаместр Смоткиной. Там же жил его дядя Абрам Смоткин, женатый на Брайне Абрамзон. С их сыном Исааком отец сохранял тесную связь всю жизнь.
По воспоминаниям[1], до войны 1941-1945 гг. местечко было совсем небольшое – всего-то двухкилометровая улица с домами по обеим сторонам. Однако незначительность его размеров компенсировалась удобным месторасположением на перекрестье дорог. От Юховичей до ближайшего большого села Клястицы – 15 километров, до богатого рыбой озера Лисно – 20 километров, до железнодорожной станции Россоно, бывшей при большом селе Станиславово – 30 километров. С 1924 г. село Россоны – центр одноименного района, в состав которого входят Юховичи[2].

Журнал «Мишпоха» продолжает публиковать расшифрованные записи дневника профессора Льва Рудольфовича Когана. Предлагаем Вашему вниманию страницы, посвящённые русскому писателю Александру Ивановичу Куприну.

Ян Топоровский

Куприн

Вторая половина августа. Раннее утро. В порту – благодать. У причалов сотни шаланд и дубков, заваленных горами арбузов, огромных тыкв, жёлтых и розовых, круглых и продолговатых дынь, ярко-красных помидоров и досиня фиолетовых баклажанов, вёдрами со сливами, корзинами с виноградом и кучами зелёного и красного перца.

Журнал «Мишпоха» продолжает публиковать расшифрованные записи дневника профессора Льва Рудольфовича Когана.
Предлагаем Вашему вниманию страницы, посвящённые великому педагогу, основателю «школы гениальных скрипачей» Пётру Соломоновичу Столярскому.

Ян Топоровский

Журнал «Мишпоха» продолжает публиковать расшифрованные записи дневника профессора Льва Рудольфовича Когана.

Предлагаем Вашему вниманию страницы, посвящённые еврейскому поэту, одному из основоположников новой поэзии на иврите, переводчику, врачу Саулу Черниховскому.

Ян Топоровский

Может быть, Саул Черниховский был мне ближе, чем Бялик. Поэт он был великолепный, и, хотя стихи его я знал лишь в переводах, причём некоторые в его собственных прозаических, ad hok, но понимал их своеобразие, эпическую величавость и тонкую лиричность, легко сочетавшиеся друг с другом. В Бялике было много от Востока. Черниховский же был европейцем в полном смысле слова. Прекрасно воспринимая культуру прошлого, он в то же время владел культурой современной Европы, как немногие из его сверстников.