Мойше КУЛЬБАК.Трагическая судьба Мойше Кульбака, одного из самых заметных еврейских литераторов межвоенного времени (шутка ли сказать – известный поэт, чьи стихи с первой публикации уходили в народ песнями, блестящий драматург, чьи пьесы с аншлагами шли по всему СССР, председатель всемирного еврейского ПЕН-клуба, сотрудник еврейского сектора АН БССР – словом, первая величина!) – его трагическая судьба волновала современников, не отпускает она и сегодняшних исследователей. Выдающийся талант, умный и проницательный человек, Кульбак в 1928 году переехал из Вильни, входившей на тот момент в состав Польши, в советский Минск – как многие, очарованные и обманутые пропагандистской сказкой о братстве народов и вечном празднике свободного творчества в стране победившего пролетариата. Для своих читателей по «эту» сторону «железного занавеса» Мойше Кульбак попросту пропал.

В 1947-м Юрий Марголин писал: «В Советской России внезапно “исчез” М. Кульбак, еврейский поэт блестящего таланта, украшение нашей литературы. Кульбак не был сионистом. Он был другом Советского Союза и поехал туда, чтобы жить и работать на “родине всех трудящихся”». На самом деле к 1947 году Кульбака уже 10 лет как не было в живых: он был расстрелян в «чёрную ночь белорусской литературы» 29 октября 1937 года вместе со 112 белорусскими и еврейскими учёными, поэтами, писателями, публицистами, учителями, цветом национальной интеллигенции.

Современные исследователи восстанавливают минские годы Мойше Кульбака по крупицам. Местоположение личного архива Кульбака на сегодняшний день неизвестно. Можно было бы сказать, что архива этого не существует: большая часть бумаг была, очевидно, конфискована при аресте поэта, что осталось – погибло после ареста жены и во время войны. Тем не менее, в архивах белорусских и российских издательств, репертуарных отделов театров, личных бумагах современников Кульбака должны оставаться документы, с ним связанные – и они понемногу, но находятся.

Один из таких документов – судя по всему, это последнее письмо Кульбака, написанное за несколько дней до ареста – находится в московском РГАЛИ (Российский государственный архив литературы и искусства).
Мойше Кульбак был арестован 11 сентября 1937 года, уже в конце масштабной волны массовых арестов белорусских учёных, педагогов и писателей, которые проходили по делу несуществующей национал-фашистской организации. Дело это закончилось судами «тройки» 28 октября того же года – и массовым расстрелом 29 октября. Скорость следствия относительно Мойше Кульбака впечатляет: уже 21.10.1937, через 40 дней после ареста, его фамилия вносится в расстрельный список, поданный Сталину: «Белорусская ССР. Моисей Кульбак. 1 категория».

Письмо, отправленное им накануне в Москву, в издательство «Художественная литература», датировано 13 августа 1937 года. Более поздних бумаг Кульбака на сегодня не выявлено.

Это письмо было написано Кульбаком в ответ на вопросы, присланные ему переводчиком Евгением Троповским. Троповский работал над переводом романа «Зельманцы» для «Художественной литературы». Перевода этого, основательно и аккуратно сделанного, читатели так и не дождались: после ареста Кульбака его «Зельманцев» срочно исключили из издательских планов и положили рукопись в архив. К рукописи приложили то самое письмо автора, которое заботливо вложил в конверт ответственный переводчик.

Письмо написано по-русски (правда, в грамматических конструкциях встречаются белорусизмы типа «вернулся с поездки»), с фрагментами на идише. Правописание и пунктуация оригинального документа полностью сохранены, кроме случая с местоимением «Вы» и его формами: все эти местоимения (вы, ваш, вам, вами) Кульбак пишет, как «В».

Многоуважаемый т. Троповский!
Я только вернулся с поездки в Москву и потому до сих пор не отвечал.
Очень рад тому, что Вы так заинтересовались переводом, что является гарантией хороших результатов.
Конечно, необходимо совместно прочитать работу, но это, я думаю, мы ещё успеем, пока отвечу на вопросы, поставленные Вами.
•Песенка Бере на стр. 27 1-го тома не переводная, а мной лично составлена.
• טקידנעראפ טציא זיא ליפש יד Монолог Цалки на стр. 203 2-го тома взят из шекспировской пьесы «Буря».
• Песенка дяди Ицы на стр. 121-ой 1-го тома также мной составлена.
• Русского стихотворного перевода песни נוא ענע נעגנוָיזנארב нет. В Вашем переводе, по-моему, не соответствует слово «титаны». Если Вы переводы стихотворений не считаете возможным полностью взять на себя, не пригласите ли вы поэта в Ленинграде?
• Слово עקסדויל א זיא יז на стр. 156-ой первого тома означает, что она «живучая», в ней цепко сидит человеческое.
• נעווענאיפ וצ דיי א סע טמענ נענאוונופ на стр. 148 второго тома означает только «откуда у человека деньги на пьянку».
• פיוהעזבער מעניא ליטש יוזא נעוועג טינ זיא לאָמנייק на стр. 209-й. Слово ליטש имеется в виду в смысле насторожённости, тишине перед бурей, молчание от чего-то грозного.
• Вся сцена на стр. 209-й передаётся в понимании Ице. Он смотрит через щели ставней и видит, как Тонка кушает руками и делает себе замечание – !סעקלעבארג יד טימ קורכ ?נעדאָוו Это фольклорное выражение, означающее кушать по-свински. Хрюк – קורכ, пальцами (граблями) – סעקלעבארג יד טימ Дядя Ице смотрит дальше и видит, что другие девушки едят вилками. Он опять делает себе замечание. А Тонка ест руками потому, что строит из себя «братишку».
• Слово נפסערט взято из немецкого и действительно означает «сорная трава».
• Вы совершенно правильно уловили смысл слова סעויליש, как выражается «комса», но это в устах старых евреев. Полагаюсь на Ваш вкус, что Вы найдёте соответствующее выражение.
Вы также правильно поняли слово, טייקענלאווירט это имеет в виду положительную сторону простоты зельменянцев. Вообще это самостоятельный мужественный человек.
• Обращаю Ваше внимание, что в первом томе имеется фраза פא נעײג טימ נעגנאגעג זיא ערעב עשראוו, а в главе о סעויליש говорится о том, что они читали историю партии Попова и педологию Блонского. Понятно, что всё это надо выбросить.
Кажется, исчерпал все Ваши вопросы и ещё добавил один момент.
Может, у Вас есть ещё некоторые второстепенные вопросы, пожалуйста, напишите, я всегда рад помочь Вам чем только смогу.
Очень признателен Вам за Ваш серьёзный труд.
С сердечным приветом М. Кульбак
13/8-1937 Минск
Мой адрес Минск, Омский пер, 4а, кв. 1.

Автор сердечно благодарит Сергея Шупу за помощь в работе над статьёй.

Анна СЕВЕРИНЕЦ

Мойше КУЛЬБАК.