5 декабря День памяти Абрама Исааковича Рабкина

(27 октября 1925, Бобруйск – 05 декабря 2013, Санкт-Петербург)

Абрам Рабкин, художник… Абрам Исаакович Рабкин, фронтовик, ветеран Великой Отечественной… Брома, дорогой друг, родственная душа, близкий по мироощущению человек… А ещё прекрасный писатель, тонко и глубоко чувствующий слово, влюблённый в поэзию, умеющий в обычном разговоре очень точно и кстати приводить стихи в качестве подтверждения своей мысли.

11 июля 1998 года флотский офицер, переводчик эстонской литературы, русский писатель Борис Штейн оглянулся назад. За спиной был Ленинград, где он родился, военно-морское училище и служба на флоте, Балтика, Таллин, переводы милых его сердцу эстонских поэтов, более 20 сборников собственных стихов, проза – всё уже позади, в том числе и СССР. В этот день его перо вывело признание: «Я живу теперь в другом городе, другой семье, можно сказать – в другом государстве, да что там: в другом мире».

Никогда в жизни (и в творчестве) Дмитрий Миронович Стонов не славословил власть. Более того, он редко посещал заседания Союза писателей, хотя и был членом этого объединения со дня основания. Всякие собрания "инженеров человеческих душ" его безумно раздражали. Он, как писатель, был верен чистому листу бумаги, ибо, как мне кажется, понимал, что читатель изменчив: то возносит, то предает забвению. Так и случилось.

Дмитрия Мироновича Стонова незаслуженно забыли. Даже крупицы биографии этого некогда известного писателя сегодня нелегко отыскать. И только сын Леонид в предисловии к посмертному изданию отца – книг лагерных рассказов "Прошедшей ночью" ("Советский писатель", Москва, 1989), увидевших свет через тридцать с лишним лет после написания, приводит короткую биографическую справку.

Первой находкой стало письмо Марка Шагала мэру Тель-Авива г-ну Меиру Дизенгофу. Затем нашли второе письмо. Но архивариус и я надеялись обнаружить и ответы мэра. И они были найдены. Причём одно из них было адресовано мадам Шагал. Но впереди нас ждали ещё более удивительные находки.

Однажды, молодой репатриант, а во время нашего знакомства уже и докторант Иерусалимского университета Лев Кипнис как-то обмолвился, что изучал иврит в кибуцном ульпане на севере Израиля, и в местном архиве переписал в свой блокнотик текст письма Марка Шагала, хранившегося в местном архиве.

И через некоторое время мы отправились с ним в тот самый кибуц. В этом архиве кроме переписки Шагала по поводу создания гобеленов для здания кнессета, я обнаружили ещё автограф и рисунок Шагала.