Давид Сарнов появился на свет в 1891-м в местечке Узляны (теперь Пуховичский район). Отец Давида маляр Абрам Сарнов в поисках лучшей доли уехал в Америку в 1897 году. Пока он найдёт работу и жильё его жена Лия, три сына и младшая дочка временно остались на родине. Давид был старшим сыном. Семья жила очень трудно и мальчика отдали на попечение дяди, ортодоксального раввина. В 1900-м, когда Абрам смог обустроиться на новом месте, семья переехала к нему.

Давид Сарнов прожил в Беларуси первые девять лет жизни. Теперь в Узлянах есть улица, носящая его имя — сделано это было по инициативе местных школьников, изучавших его биографию.

Перебравшись в Нью-Йорк, юноша сменил имя и фамилию на Дэвид Сарнофф. Так он вошёл в историю. В Америке Давид учился в школе и помогал содержать семью: продавал газеты, был подручным мясника, пел в синагоге. Когда умер отец он бросил школу, чтобы помогать маме содержать братьев и сестру.

Устроился в Marconi Wireless Telegraph Company of America (известную как American Marconi). Её возглавлял Гульельмо Маркони, изобретатель радио.

Юноша читал технические журналы, которые мог найти, интересовался у инженеров подробностями их работы. Быстро овладел навыками работы с азбукой Морзе. В 16 лет его перевели на должность младшего телеграфиста.

К 1912 году способный молодой человек руководил экспериментальной беспроводной станцией Маркони.

Настойчивость Дэвида произвели впечатление на начальство. Он стал протеже Маркони. Благодаря его помощи уроженец Беларуси окончил курс электротехники в престижном Институте Пратта.

В 1916 году соседями Дэвида стала французская семья Хермант. Они подружились, а уроженец Беларуси заинтересовался молодой Лизетт. Они поженились в следующем году, когда Дэвид уже стал коммерческим директором American Marconi. У них с Лизетт родилось трое детей.

В 1917 году США вступили в Первую мировую войну. Сарнофф попытался пойти на службу в военно-морской флот, однако ему отказали. American Marconi была ключевым поставщиком радиооборудования для флота, но сам Маркони был итальянцем, а его компания — британской. Власти, в условиях военного времени, стремились не допустить иностранного контроля над радиотехнологиями. Поэтому федеральное правительство конфисковало иностранные станции, и передало их ряду американских компаний, в том числе General Electric и Westinghouse.

В новой структуре Сарнофф стал рядовым сотрудником, но хотел зарекомендовать себя. Достав написанную ранее служебную записку, он предложил идею массового радио новому руководству — и это позволило ему вновь стать коммерческим директором.

Благодаря уроженцу Беларуси произошёл переход от любительского радиовещания к профессиональному. Пересев в 1921-м на пост генерального директора компании, Дэвид в июле того же года организовал радиотрансляцию боксерского матча между американцем Джеком Демпси и французом Жоржем Карпентье. Это было первое спортивное событие, транслировавшееся по радио. Аудитория составила до 300 тысяч человек.

Дэвид мечтал о телевидении. Ещё в 1923-м он писал: «Я верю, что телевидение, то есть технический термин для обозначения возможности видеть и слышать по радио, в будущем обязательно появится». В 1929 году Дэвид познакомился с инженером Владимиром Зворыкиным.

Он сумел убедить совет директоров выделить на телевизионный проект Зворыкина 10 млн долларов (порядка 250 млн нынешних). Наконец в 1939 году на торжественном открытии Всемирной выставки в Нью-Йорке Дэвид Сарнофф провёл успешную демонстрацию телевещания. «Теперь мы добавляем радио и зрение к звуку», — заявил он перед телекамерой. Этот показ видели немногие, ведь телевизоров почти ни у кого еще не было. Но именно тот день ознаменовал начало регулярного телевизионного вещания.

Телевидение Сарноффа не сразу дошло до масс – помешала Вторая мировая война. Сарнофф поступил на военную службу в звании полковника. Работая консультантом по связи в Пентагоне, он ездил  по Италии, Северной Африке и Ближнему Востоку в поисках радиопередатчиков и другого коммуникационного оборудования, которое могли бы использовать союзники. Именно Сарнофф отвечал за связь перед высадкой в Нормандии, позже – за восстановление связи между Лондоном и Парижем, работая в штабе генерала Дуайта Эйзенхауэра (будущего американского президента). Его произвели в звание бригадного генерала. С тех пор именно так – «генерал» – к нему обращались его сотрудники и даже сыновья.

К 1961-му Дэвид приобрёл издательство и комплекс по аренде и лизингу автомобилей, грузовиков и оборудования. Его компания тем временем производила как устройства для компьютеров, так и огромные радиолокационные установки, используемые для слежения за спутниками и ракетами.

В 1966-м Сарнофф оставил пост гендиректора, но остался председателем совета директоров. Он продолжал поддерживать инновации в коммуникационных технологиях, хотя понимал, что вряд ли успеет увидеть их выход на рынок. В 1968-м уроженец Беларуси присутствовал на генеральном прогоне презентации жидкокристаллического дисплея. Он страдал от заболевания, которое оставило его глухим, немым и слепым. Общался только с помощью азбуки Морзе, которую передавал на руку коллеге.

Вскоре состояние Дэвида ухудшилось и в августа 1970 года он оказался прикованным к постели. Сарнофф умер в конце 1971-го, прожив 80 лет.

«Сарнофф заслужил всеобщую репутацию фактически изобретателя радио и телевидения. Он не был ни изобретателем, ни учёным. Пожалуй, его главным достоинством был умственный склад, позволявший ему понимать сложный язык учёных и переводить их открытия в практические приложения, такие как радио, чёрно-белое и цветное телевидение, а также сверхсложные электронные системы, используемые в спутниках», — отмечал The New York Times.

 Давид Сарнов.