ЖУРНАЛ "МИШПОХА" №13 2003год

Журнал Мишпоха
№ 13 2003 год


Михаил ШИБАЛИС, полковник в отставке, заслуженный деятель культуры Республики Беларусь


Михаил ШИБАЛИС, полковник в отставке, заслуженный деятель культуры Республики Беларусь
Вот уже более семидесяти лет как действую своим оружием – пером. Сотрудничал во многих газетах – районных и городских, областных и республиканских, комсомольских и военных. Но редактором был только один раз – дивизионной газеты “В атаку” на фронте. Встречался со многими знаменитостями, писал о них. То были Петр Заломов – прообраз Павла Власова из повести М. Горького “Мать”, легендарные полководцы маршалы Василий Блюхер и Василий Чуйков, прославленный шахтер Алексей Стаханов и светило земли белорусской Кирилл Орловский… Угощал меня во время войны тушонкой Максим Танк, я распил фронтовые сто граммов с Евгением Долматовским, на несколько дней приютил у себя Виктора Некрасова – автора книги “В окопах Сталинграда”, привез на концерт в дивизию комиков Тарапуньку и Штепселя (тогда они были Галкин и Мочалкин). Автор семи книг, в основном, довоенных, фронтовых и послевоенных журналистских записок. Писал и стихи – как по собственному вдохновению, так и, случалось, по приказанию начальства. Однажды вместо тяжелораненного Иосифа Уткина, в другой раз – песню своей дивизии, на что начальник политотдела отвел мне всего одну ночь. Припоминается любопытная деталь. Однажды на армейском совещании редакторов дивизионных газет я рассказал, что в нашем соединении служили командиры и бойцы Суворов, Радищев, Плеханов, Фрунзе, Буденный, украинец по фамилии Ганс и еврей по фамилии Герман. Все громко расхохотались: “Знаменитая дивизия! Такие однополчане!”. Да, такие были у нас однофамильцы. А вел это совещание подполковник из политотдела армии Семен Спартак! Еврей! Награжден многими боевыми наградами, среди них – три ордена Отечественной войны. Но самая дорогая моему сердцу медаль – “За отвагу”. Меня, редактора, наградили ею как бойца. Видимо, учли мое личное участие в бою.





Имя


Всякое на фронте бывало.
В начале Великой Отечественной на сборах политсостава нас было несколько десятков коммунистов. У всех в запасе воинские звания. Но оказавшись в только что сформированной стрелковой дивизии, мы слышим от начальства:
– Будете политбойцами. Это значит политработниками в красноармейском чине…
Ничего себе! Бывшие преподаватели вузов, директора МТС и заводов, партработники, юристы, журналисты – люди молодые и не очень – мы становимся рядовыми в стрелковых взводах, артбатареях, разведротах, подразделениях связи…
От всех других красноармейцев нас отличают только кирзовые сапоги – все остальные носили тогда еще ботинки с обмотками – и СВТ (самозарядная винтовка Токарева) вместо обычной для бойцов мосинской трехлинейки. Наша главная обязанность – первыми подниматься в атаку с возгласом “За Родину! За Сталина!”, увлекая за собой всех остальных бойцов.
Так и поступали. И многие из нас погибли уже в первые месяцы войны. Мне все же повезло. Из стрелковой роты направили в распоряжение редактора дивизионной газеты. Два других ее работника, за исключением редактора, газетчиками не были. А надо же делать боевую газету! Редактор Веревкин поручил мне править заметки, делать макеты, читать корректуру, ну и, конечно же, бывать на переднем крае, писать о боях. Бывал, разряжал свою СВТ. Начали в газете и сатирический раздельчик “Каленым штыком”. Под этой рубрикой появились мои рифмованные строки под названием “Лжи разносчик – врагу помощник”. К тому времени у меня уже был десятилетний стаж работы в печати, приходилось и стишки сочинять. Взялся за них и на фронте. Но вот в редакции нашей дивизионки появляется корреспондент газеты Брянского фронта, в который входила наша 258-я дивизия, рыжеволосый политрук Яков Файншмидт, прочел мой стишок, похлопал по плечу. Сказал, что такой политбоец нужен бы и фронтовой газете.
Вскоре меня вызывают в политуправление фронта, и я оказываюсь в распоряжении редактора фронтовой газеты. Еду попуткой в лес за Брянском, где находится штаб фронта, там же и редакция газеты “На разгром врага”. Редактор – старший батальонный комиссар (это звание соответствовало подполковнику) Воловец приветливо меня встречает:
Мой отец – Шибалис Израиль Носелевич – рядовой царской армии. Фото 1912 г.– Пригодишься и нам, политбоец!
(Тут же надо заметить, что через пару месяцев по его представлению мне присваивают звание политрука, равное старшему лейтенанту).
Мне рассказывают, что редакция уже понесла потери. Погиб ответственный секретарь редакции, бывший до войны редактором газеты “Кино” А.Я.Митлин. Тяжело ранен Иосиф Уткин: вместе с работником политуправления фронта Артемием Шлихтером прямо с красноармейского митинга пошел в бой, перед тем прочитав свои стихи… В редакцию уже не вернулся – попал в госпиталь.
Буквально на другой день после моего прихода во фронтовую газету Воловец вызвал меня к себе:
– Вот, читай. Сапер ценой своей жизни взорвал мост с немецкими танками. Вдохновляет? Дадим заметку и твои стихи. Уткина ведь нет…
– Как, писать стихи вместо Уткина? Известного всей стране поэта? Автора замечательной поэмы “Повесть о рыжем Мотэле”? Не смогу…
Но редактор улыбнулся:
– Сможешь! Пиши!
Приказ есть приказ. В зарослях ельника сажусь на пенек. Пишу. Мучаюсь. Что может у меня получиться?.. Но вот что-то набросал. Несу редактору. Тот с ходу прочел и тут же похвалил:
– Неплохо. Дадим!
Так в одном из сентябрьских номеров газеты за 1941 год появились мои стихотворные строки “Памяти бойца Кватермана”:

По мосту танки из вражьего стана.
– Кто взорвет этот мост?
И первой поднялась рука Кватермана –
Ответ был понятен и прост.
– Опасно для жизни? А в плен – хорошо?
Пусть знают, с кем дело иметь…
И, молча простившись, быстро ушел
Туда, где слава и смерть.
Знал он – успех военного плана
Сейчас он решает один.
…Вот вспыхнул огонь в руках Кватермана.
Взрыв. Грохот. Дым.
Такие сердца – из бесценного сплава,
Страх незнаком таким.
Пойте герою песню славы!
Громче играйте гимн!
Жизни дороже – честь!
Смерти сильнее – месть!

Михаил Шибалис и начальник политотдела 8-й гвардейской армии генерал-майор Яков Масловский. Веймар, Германия. Фото 1949 г. Не знаю, как читатели, а в редакции хорошо отозвались Стариков, Зорев, Сретенский, другие. Особенно Яша Файншмидт, с которым подружились на десятки лет.
К этому времени в редакцию фронтовой газеты прибыл из “Комсомольской правды” поэт Яков Хелемский, и мои поэтические обязанности кончились.
Кстати тут сказать, что в лесу под Брянском находилась и редакция газеты “За Савецкую Беларусь”, и мне довелось познакомиться с некоторыми ее сотрудниками – Максимом Танком, Петрусем Бровкой, Давидом Пинхасиком. Они подзадоривали меня – пиши, сочиняй стихи, ежели редактор приказывает. Похвалил и Яков Хелемский. Кстати, поддерживаю с ним дружескую связь до сих пор, прислал мне из Москвы несколько сборников своих произведений (переводы поэзии Максима Танка, Пимена Панченко, Петруся Бровки, Петра Глебки, Аркадия Кулешова, Сергея Граховского) с автографами.
А летом сорок второго года появился у нас в редакции фронтовой газеты Иосиф Уткин. Дружно, шумно встретили его.
– Вот он, – представил меня Воловец, – одно время был у нас поэтом. Вместо тебя! По моему приказанию.
Все посмеялись, Уткин тоже, даже ободряюще улыбнулся. Эта улыбка знаменитого поэта и была для меня в ту пору самой лучшей наградой. Может, она и повлияла на то, что и в войну, и после я не оставил свои стихотворные опыты. Прибегал к ним по собственному вдохновению, а случалось, и по приказанию, как это было уже через год с лишним, когда я стал редактором дивизионной газеты “В атаку”. Тогда, помнится, по приказанию начальника политотдела написал песню 139-й дивизии вместе с начальником дивизионного оркестра Рейзенсоном.
Когда уезжали из редакции газеты Брянского фронта в дивизию, Александр Михайлович Воловец отсутствовал, но потом прислал письмо, в котором пожелал мне успехов на редакторском поприще. Вспоминал, как он приказал мне писать стихи вместо Уткина. Но в 1943-м Воловец погиб, а через год – и Иосиф Уткин…
Но они всегда как живые в моей памяти.


не, в годы Великой Отечественной фронтовому газетчику, в сложной боевой обстановке приходилось писать о подвигах и мастерстве бойцов и командиров.
Встречался я с Героями Советского Союза братьями Евсеем и Матвеем Вайнрубами, уроженцами города Борисова. Случай поразительный: самая высокая государственная награда была присуждена им, братьям, одним указом – от 6 апреля 1945 года. В один день оба удостоились Золотых Звезд! А ведь служили они, танкисты, в разных частях, хотя и на одном, Первом Белорусском, фронте. Не знаю, есть ли в истории той войны другой такой же случай!
История с награждением двух братьев – особенно интересная страница в моей журналистской практике. Ведь беседовал я с ними, Евсеем и Матвеем Вайнрубами, с одним – на фронте, с другим – уже после войны, в Германии.
…Осень 1941-го. Попутками добираюсь в действующие части – очередная корреспондентская поездка на передний край.
В одном городке на западе Брянщины заскочил перекусить в столовую – еще работала! Там слышу, спорят громко двое. Один, капитан-танкист, отчитывает другого, лейтенанта, но как-то весело, с хохотком. Он и ко мне обратился. Узнав, что я корреспондент газеты Брянского фронта “На разгром врага”, посоветовал чаще писать о танкистах. Козырнул и ушел.
На другой день оказываюсь в 150-й танковой бригаде. Верно, надо же прислушаться к совету капитана! Командир бригады, полковник Бахаров, пожимает плечами:
– Вам, конечно, подавай чудо-богатырей. А знает ли товарищ корреспондент, что у меня танков осталось раз-два и обчелся? Ладно, прикомандирую вас к начальнику разведки. Он хоть и без танков, но отличился недавно в одном бою. – И приказывает вызвать капитана Вайнруба. – Находка для вашего брата.
Заходит эта “находка”. Ба, да это же тот капитан, с которым встретился в столовой! Рослый, подтянутый, улыбчивый. Повел меня Вайнруб к себе в избушку, накормил, расспросил, какие у меня задания. Потом с разрешения комбрига дня два возил меня на “газике” по стрелковым частям, где я заполнял свой блокнот. Расспросил его, как он сам отличился недавно. Рассмеялся Вайнруб.
Михаил Шибалис и писатель Виктор Некрасов, автор знаменитой повести “В окопах Сталинграда”. Фото 1948 г.– Понимаешь, немцы разбросали листовки о евреях, которые, дескать, в Ташкенте воюют. Мол, гоните их на фронт. Бахаров приказал мне показать им, как мы, евреи, тут воюем. Возглавил я одну группу бойцов, и в пешем бою отбили мы у противника одну деревеньку. Набили их, фрицев, десятка два-три… Бахаров вызвал меня и сказал: “Ну, капитан, теперь жди листовку другую – чтобы гнали вас, евреев, в тыл отсюда”.
Расхохотались мы с Евсеем.
Немного рассказал о себе. Работал на стекольном заводе в Борисове, потом – служба в армии. Сумел попасть в Военную академию имени Фрунзе, которую окончил перед войной. Уже как танкист бился с врагом на белорусской земле, потом под Орлом, Москвой. Теперь вот Брянщина…
– Да и брат мой, тоже борисовский стекольщик, танкистом стал. Ту же академию, что я, окончил. И хоть Матвей немного моложе меня, но обогнал на служебной лестнице! Командует танковой бригадой! Нет, на другом фронте. Изредка обмениваемся весточками…
Расстаемся. Благодарю капитана за помощь – весь блокнот заполнил. Правда, мало в нем о танкистах…
– Ничего, еще напишешь, – уверенно произнес Вайнруб. – До следующей встречи!
Да, встретились! Летом 1942-го. Евсей Вайнруб – уже подполковник, командир танковой бригады. Поздравляю его. А Матвей жив? Жив! Тоже растет в должностях и званиях. Уже генерал-майор, командует танковыми войсками в одной армии.
“Вот это братья! Чем не богатыри?” – подумалось мне.
Больше в войну с Евсеем не встречался. И в каком же был я восторге, когда одним апрельским днем 1945-го года, за месяц до нашей Победы, вижу в газетах указ о присвоении звания Героя Советского Союза большой группе советских воинов, в котором рядом две знакомые мне фамилии – Вайнруб Евсей Григорьевич и Вайнруб Матвей Григорьевич! Чуть не заплясал от радости!..
К тому времени, когда вышел этот указ, я уже был редактором газеты “В атаку” 132-й стрелковой дивизии. После войны получил назначение в 8-ю гвардейскую армию заместителем редактора ее газеты. Знаменитая армия – бывшая 62-я, Сталинградская. Там, в Германии, в городе Веймаре, где находился штаб армии, встретил Матвея Вайнруба. Он заместитель у командарма, легендарного генерала Василия Ивановича Чуйкова, а точнее, командующий бронетанковыми и механизированными войсками армии, которые внесли серьезный вклад в разгром гитлеровских войск по ходу Сталинградской битвы.
Жили с ним на одной улице, дома наши – напротив. Матвей, в отличие от Евсея, молчалив. Но узнаю от него, что брат его тоже встретил Победу, продолжает службу в танковых войсках, тоже где-то в группе наших войск в Германии. Отличилась его бригада во многих боях, но особенно во время Висла-Одерской операции. Да и сам он, Матвей, не без гордости, хотя и старался говорить как можно скромней, вспоминал боевые успехи, одержанные его танкистами при освобождении польских городов от немецко-фашистских захватчиков.
Поздравил генерала – Героя Советского Союза, пожелал ему дальнейших успехов в воинской службе.
А Евсея тоже встретил, но уже в Минске, когда оба мы сняли свои военные гимнастерки. Войну он окончил полковником. В Минске стал инженером-конструктором на автомобильном заводе.
Вспоминали наши фронтовые встречи. Задумал Евсей написать книгу о героизме и мастерстве танкистов. Помог ему немного, и она появилась – не толстая, но читаемая с интересом книжка “Танк на пьедестале”.

© журнал Мишпоха


Warning: include(/h/mishpohaorg/htdocs.mishpoha.org/bottom_links.php): failed to open stream: No such file or directory in /h/mishpohaorg/htdocs/nomer13/a14.php on line 288

Warning: include(): Failed opening '/h/mishpohaorg/htdocs.mishpoha.org/bottom_links.php' for inclusion (include_path='.:/usr/share/php') in /h/mishpohaorg/htdocs/nomer13/a14.php on line 288