Библиотека журнала "МИШПОХА" Серия "Мое местечко". "УНЕСЕННЫЕ ВЕКОМ".








ПОЕЗД, ИДУЩИЙ В ИСТОРИЮ

Поезд, идущий в историю

Приехав в Шумилино, я отправился на железнодорожный вокзал. Конечно, хотел посмотреть расписание пригородных электричек. Частые командировки приучили меня, что, в первую очередь, надо позаботиться об обратной дороге.

Но вокзал заинтересовал меня и своей историей. Отсюда начиналось Шумилино. В 1866 году был введен в эксплуатацию железнодорожный участок пути Витебск – Полоцк – Бигосово, который вошел в состав Рижско-Орловской железной дороги. Скорее всего, в этом же году был построен вокзальный комплекс станции Сиротино, который находился в семи километрах на восток от одноименного местечка и стал центром сегодняшнего Шумилино. В комплекс вошли здания вокзала, складские помещения, ремонтные службы, церковь. В ста метрах от здания вокзала построили депо, теперь в нем железнодорожный магазин.  Была высажена дубовая аллея. Она сохранилась до сего времени. Красивые мощные деревья – ровесники самого Шумилино.

У вокзала была построена каменная арка, рядом – водонапорная башня из красного кирпича, из которой паровозы заправлялись водой. Башня сохранилась, и редкие туристы, в основном внуки и правнуки первых шумилинских жителей, которые приезжают сюда, непременно фотографируют ее.

Эти старые здания должны помнить, как гуляли по перрону Рахиль Райкина с подругами. Как приходил сюда ее отец Залман Райкин, погибший в гетто.

В 1866 году в деревне Шумилино было всего 5 дворов, 13 зданий и 38 жителей. Риго-Орловская железная дорога изменила жизнь деревни. В начале XX века здесь проживало только 50 человек, но станция играла серьезную роль в тогдашней российской экономике, которая была на подъеме. Как указывает сборник «Полное экономическое описание России» (т. 9, 1905) «…грузят там до 75 тысяч пудов хлебных грузов».

Из окрестных местечек, деревень и даже таких городов, как Полоцк, переселялись сюда люди, в надежде найти работу. Железнодорожная станция давала занятость и возможность зарабатывать.

К 1914–1916 годам Шумилино стало заметным населенным пунктом. Из более западных районов империи, охваченных Первой мировой войной, сюда стали стекаться беженцы. Среди них было немало евреев, которых царское правительство, пытаясь оправдать военные неудачи бездарных полководцев, обвинило в шпионаже в пользу Германии. Большинство беженцев из Шумилино по железной дороге отправлялось дальше в глубь России, но кое-кто оседал и здесь.

Конечно же, в первую очередь, их привлекала наиболее оплачиваемая, наиболее почетная работа на железной дороге. Шли в подсобники, были мальчиками на побегушках. После 1917 года, когда евреев уравняли в правах, стали учиться и выбились в люди. Григорий Занвиль, ныне живущий в Израиле, рассказал: «В Шумилино до войны жил мой дед Исаак Менделевич Эдельштейн. Он был машинистом поезда, в годы Великой Отечественной войны продолжал водить поезда. Воевал под Москвой, Сталинградом. Имел ордена и медали. После войны перебрался в Витебск, умер в 1981 году».

Среди тех, кто приехал в Шумилино в начале Первой мировой войны, был отец Берты Поляк – Залман-Хона Забежинский. Берта родилась в 1915 году уже в Шумилино и жила здесь до 1929 года, когда после смерти отца вынуждена была переехать в Ленинград.

Берта вспоминала, что ее отец, всю жизнь зарабатывавший на хлеб тяжелым физическим трудом и не представлявший себе, что по-другому можно прожить, говорил сыновьям:

– Учитесь – не учитесь, все равно инженерами не станете.

Все трое его сыновей – Хильке (Илья), Натан (Николай) и Арон – стали инженерами.

А вот самой Берте отец наоборот приказывал:

– Нечего болтаться на улице. Иди в хедер.

Слова отца в те годы были законом. Их не обсуждали, а исполняли. Берта ходила в шумилинский хедер, единственная девочка среди мальчишек.

Она много читала, учила на память стихи. Эти знания ей потом здорово пригодились в ее непростой жизни. Берта пережила голодную зиму в блокадном Ленинграде, потом с детьми была в эвакуации в Омске. После войны по навету ее и мужа засудили: тюрьма, сибирская ссылка. Только в 1955 году с них сняли судимость. Берта всюду пользовалась авторитетом, к ней обращались за советом.

Она говорила:

– Не понимаю, почему евреев представляют маленькими и слабыми. Бабка Доба, мать моего отца Залмана-Хоне, была физически сильной женщиной. Когда ее муж, мой дед, бывал в крепком подпитии, она на руках уносила его домой из шинка. Иногда даже поддавала ему, если он провинился. Ее сыновья тоже выросли сильными и ловкими. Мой отец на своем горбу пианино на пятый этаж затаскивал.

И братья Берты были не из робкого десятка и физически сильными людьми. Натан однажды голыми руками разоружил конвой. В деревне староверов, откуда была его жена, он победил всех по перетягиванию кола. Погиб Натан в боях под Петрозаводском в  сентябре 1941 года.

Другой брат – Арон Забежинский тоже воевал, в начале войны был младшим командиром. Когда его бойцы перепились трофейным спиртом, он ударами кулака привел их в чувство и заставил выполнять приказы.

Однажды командир обозвал Арона «жидом». Арон подкараулил его в лесочке и побил. Майор пытался выхватить пистолет, но Арон отобрал его и отвесил еще пару ударов. Майор не стал жаловаться: во-первых, не было свидетелей, а во-вторых, стыдно было антисемиту, что побил его еврей.

  О своей семье написал внук Берты – ученый и писатель Илья Поляк. Мы опубликовали семейные воспоминания «Майсы бабы Берты» в журнале «Мишпоха», № 17.

Железнодорожная станция Шумилино помнит страшные дни начала Великой Отечественной войны.

Эвакуироваться на восток по железной дороге отсюда смогли не многие.

Некоторые считали, что немцев скоро разобьют, другим было жаль оставлять нажитое доброе, третьи – особенно старики – вспоминали Первую мировую войну и говорили, что «немцы простых людей трогать не будут».

А советская пропаганда не рассказывала людям правду о фашизме.

Тех, кто попытался уйти на восток, ждали немалые трудности. 26 июня 1941 года состав с беженцами немцы разбомбили в Старом Селе. Многие погибли. Слух разнесся быстро, и люди боялись садиться в эшелоны, которые шли на восток. Кроме того, и саму железнодорожную станцию Шумилино немцы постоянно бомбили. И здесь было немало погибших.

Летом 1941 года немцы решили устроить у железнодорожного вокзала показательную казнь двух плененных красноармейцев. Согнали толпы людей. Делали это, чтобы запугать жителей Шумилино, чтобы все знали, кто теперь хозяин в районном центре. Но красноармейцы оказались мужественными людьми – героями. Когда палачи пытались накинуть на их шеи петли, они стали отбиваться ногами, сбросили немцев с машины. Эсэсовцы, испугавшись двух плененных красноармейцев, изрешетили их тела пулями. Люди, пригнанные на площадь, увидели не показательную казнь, а торжество несгибаемого духа, героизм. К сожалению, так и остались неизвестными фамилии этих героев.

 

HLPgroup.org
© 2005-2012 Журнал "МИШПОХА"  
1