Каждый день мог стать последним…

Книга «Каждый день мог стать последним…» написана Риммой Кочеровой. В Верхнедвинский музей ее передал сын Анатолий с дарственной надписью «На добрую память жителям Бигосова – от Кочерова Анатолия, который с мамой Кочеровой Риммой Аркадьевной два с половиной года (март 1942 – декабрь 1944) пробыл в Бигосове, остался жив, потому что помогали нам местные жители».

Бигосово – поселок, железнодорожная станция в Верхнедвинском районе, в годы войны – важный стратегический пункт.

Книга издана кустарным способом, тиражом в несколько экземпляров. И поэтому подробнее расскажу о судьбе ее героев. Девичья фамилия Риммы Аркадьевны – Финкенфельд. В 1937 году она окончила Военно-химическую академию в Москве, была хорошим специалистом, свободно владела немецким языком.

В 1940 году ее муж – Василий Кочеров – выпускник Академии бронетанковых войск, майор, получил назначение в воинскую часть, которая дислоцировалась под Белостоком. Этот город до сентября 1939 года, как и теперь, является польским. Командование приграничных воинских частей понимало, что война неминуема. И все же войска оказались к ней не готовы. Немцы с первых дней хозяйничали на земле и особенно в воздухе. Римма Аркадьевна с сыном, сопровождая тяжелораненых, выехала в Волковыск. Оттуда она с сыном пошла на Слоним. Крестьяне не пускали беженцев в дома – боялись немцев. Первые месяцы у Риммы Аркадьевны еще жила надежда: наши вот-вот разобьют врагов и прогонят их с Советской земли.

Но с каждым днем становилось все очевиднее: война – надолго. Римма Аркадьевна спрятала в стене старого сарая свой диплом, военный и партийный билеты, выданные на фамилию Финкенфельд.

Потом был лагерь для женщин в Барановичах. Каждый день она видела, как хоронят людей, особенно много было детских трупов. В городе издевались над евреями, было создано гетто.

В Барановичском лагере ей выписали удостоверение, будто бы она украинка, родом из Днепропетровщины. Благо, Римма Аркадьевна была голубоглазой блондинкой.

…Холодной весной 1942 года она с сыном оказалась в Бигосове. За несколько недель до этого фашисты и их местные пособники расстреляли узников гетто в Дриссе.

Вот как описывает это Римма Кочерова: «Стояли ненастные дни, как бывает, когда зима не хочет уступать: снег, леденящий ветер, распутица, грязь. Заходили односельчане, расспрашивали, ведь я шла от самой границы, рассказывала про свою жизнь. Жили бедно. Места болотистые, хлеб пополам со свеклой, картошкой.

Рассказывали, как уничтожали евреев: в местечке Росица (Верхнедвинский район) жили ремесленники, да и в окрестных деревнях жили по одной, две семьи: печники, бондари. А какому крестьянину не нужна бочка? Немцы из всех мест стали сгонять евреев в Дриссу. Один старый еврей возвращался домой, увидел облаву, которая была у его дома, побежал к реке. Сосед-крестьянин побежал, остановил его, привел к машине: «Немцы – культурная нация, тебе ничего плохого не будет». Старик сказал ему: «Помни, я буду лежать внизу, а ты – поверх меня!»

После этих разговоров страх за сына, страх за свою жизнь не отпускал Римму Аркадьевну ни на одну минуту. А здесь еще сосед Юшко говорил, что она еврейка. Сын – черноглазый, черноволосый, и сама знает немецкий. Но Юшко нигде не работал, любил выпить, а немцы не доверяли таким людям.

Римма Аркадьевна работала в депо, когда надо – была переводчицей, предупреждала людей об опасности. Она видела, как каратели сжигали деревни, убивали людей. В декабре 1943 года попала с сыном в дриссенскую тюрьму. Только благодаря стечению обстоятельств осталась жива.

18 июля 1944 года Бигосово освободили советские войска. Римма Аркадьевна и ее сын остались живы. Муж, как потом выяснилось, погиб в первые дни войны.

Но теперь молодой женщине пришлось пройти проверки в органах НКВД: «Как сумела остаться в живых? Что делала на оккупированной территории?»

Война обрекла сына и мать на многочисленные болезни. Но они выстояли. Анатолий стал ученым, Римма Аркадьевна в послевоенные годы работала химиком. Рассказывала сыну о страшных днях на оккупированной территории, и однажды Анатолий Васильевич решил приехать в Верхнедвинский район…

Так книга «Каждый день мог стать последним…» оказалась в экспозиции музея.